Игнорируют суд: потерпевшие не ходят на заседания по делу гендиректора «Колхоза им. Мясникяна»
На пятый месяц рассмотрения Азовским городским судом дела в отношении гендиректора АО «Колхоз им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна стало известно, что большинство потерпевших не желают являться в суд для дачи показаний.
По идее, именно они должны быть самыми заинтересованными в скорейшем завершении процесса. Около двух лет назад десятки человек написали заявления в полицию о нанесении им материального ущерба. Большинство оформили их в школах, куда были вызваны оперативными сотрудниками УБЭП либо их навещали дома.
Однако показания большинства допрошенных в суде оказались нелогичны. Их слова отличаются от тех, что были внесены в протоколы уголовного дела. У многих даже нет понимания, о каком материальном ущербе идет речь и в чем именно он выражается, так как преобладающее большинство являлись ассоциированными членами и жизнью СПК не интересовались, не посещали собрания.
После того как стало очевидно, что десятки потерпевших не собираются ехать на суд в Азов, по ходатайствам представителей потерпевших судья решила проводить заседания в формате видео-конференц-связи (ВКС).
3 февраля защитники подсудимого просили суд отменить ВКС. По их словам, в этом нет необходимости. Никто из потерпевших не предъявил требуемые бумаги о наличии заболеваний или травм. Они являются вполне здоровыми людьми. К тому же путь из Чалтыря в Азов не такой уж большой. По мнению защиты, рассмотрение дела в таком формате нарушает право на защиту обвиняемого и противоречит принципам судопроизводства. Но судья не прислушалась к аргументам защиты.
Почти на каждом заседании часть потерпевших заявляют, что не помнят своих показаний, данных во время следствия. Сообщают, что писали заявления под диктовку или списывали с листов, которые им давали допрашивающие их сотрудники полиции. Примечательно, что заявления и показания многих потерпевших схожи, словно их писали на школьном диктанте.
Каждое новое заседание только увеличивает список тех, кто не знает, каким именно образом руководство «Колхоза им. Мясникяна» нанесло им материальный ущерб. Многие не различают разницу между членами СПК и ассоциированными членами. Есть и потерпевшие, которые признались в суде, что им не наносили никакого материального ущерба… А заявления они писали, потому что их заверили, что председатель украл у них миллионы.
Например, в процессе допроса 3 февраля Виталий Экизян высказал неуверенность в том, что является потерпевшим. Признался, что заявление писал под диктовку.
Столь же поразительные вещи происходили в зале Чалтырского суда, где собрались для дачи показаний потерпевшие.
На заседании 10 февраля в процессе допроса Хачатура Хатламаджияна в качестве его «суфлера» выступала Агавни Мец-Баян. Она все время громко на весь зал подсказывала что-то на армянском языке. Судья постоянно делала женщине замечания. Однако ее это не остановило.
Допрос бывшего председателя колхоза Алексея Булгуряна и вовсе превратился в митинг. Мужчина говорил громко, но бессвязно. Примерно час рассказывал об истории предприятия и периоде своего председательства. При этом он забыл объяснить, почему именно в период его руководства колхоз находился на грани краха и испытывал значительные финансовые трудности.
На вопросы Булгурян отвечал с агрессией, хамил адвокатам, перебивал судью. При этом не дал ни одного ответа по существу. Говорил, что не был приглашен на собрания, поэтому не принимал в них участия. Хотя вся информация о собраниях публиковалась в районной газете «Заря».
Любопытно, что даже в суд Чалтыря приходят далеко не все потерпевшие. Многие отказываются являться на заседания для дачи показаний. В связи с этим процесс задерживается. Судья приняла решение оформить на уклоняющихся привод в суд, то есть их принудительно должны доставить на следующее заседание.
Странно, конечно. Получивший материальный ущерб человек должен быть заинтересован в том, чтобы дать максимально точные показания. Вероятно, потерпевшие стали понимать, что никакие они не потерпевшие.
