В суде по делу колхоза им. Мясникяна так и не прозвучали внятные сведения о нанесенном ущербе

В Азовском районом суде Ростовской области завершился первый этап слушаний по делу генерального директора АО «Колхоз им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна.

Руководителя одного из крупнейших и успешных животноводческих хозяйств Ростовской области обвиняют в мошенничестве в особо крупном размере. В качестве потерпевших в деле фигурируют более 80 акционеров, которым якобы нанесли ущерб в результате преобразования СПК «Колхоз им. Мясникяна» в АО «Колхоз им. Мясникяна». Интересно, что большая часть заявителей никогда не работали в колхозе. Но гособвинение полагает, что все они понесли ущерб.

Спустя пять месяцев, после допроса всех «потерпевших», стали всплывать неожиданные подробности. К примеру, почти все допрошенные так и не смогли внятно объяснить суду, каким именно образом им был нанесен ущерб и как именно он рассчитывался? Большинство допрошенных вместо ответов высказывали в суде претензии личного характера. Например, «руководство плохо относилось ко мне», «мне платили маленькую зарплату», «меня ни за что наказали», «несправедливо уволили»…

Многие акционеры не смогли ответить суду даже на самые банальные вопросы: каким количеством акций они располагали? когда именно они стали акционерами?

Фразы «я не помню, сколько у меня акций…», «я не знаю, в чем именно материальный ущерб...», «я писал то, что мне диктовал следователь...», «мне сказали, что я смогу получить деньги...» звучали в зале суда десятки раз.

Кульминацией откровенных бесед стали показания, в которых они чистосердечно признавались, что все заявления в полицию писали под диктовку оперативных сотрудников или переписывали готовые тексты, которые им предоставлял следователь. Они не вникали в смысл написанного.

Взамен им обещали солидные (до 5-6 миллионов рублей) выплаты в качестве компенсации материального ущерба, якобы причиненного им.

Адвокаты Матеоса Хатламаджияна неоднократно указывали на очевидные нарушения закона во время следствия. Чего стоил массовый допрос, который был устроен в здании одной из школ Чалтыря в августе 2024 года. В жару +40 градусов десятки людей ждали своей очереди. А оперативные сотрудники вместо честного разбора обстоятельств настоятельно рекомендовали подписать готовые бумаги.

Многие потерпевшие и вовсе отказались ехать в суд в Азов. Тогда судьей было принято решение проводить допрос в режиме видео-конференц-связи (ВКС). Однако и это не помогло. Для некоторых потерпевших путь до Чалтырского суда, где проходили допросы, оказался непосильным. И судья решила оформлять приводы на допрос.

Некоторые сцены в зале удивляли даже судью.

На пятом заседании в формате ВКС на допрос пришел 80-летний Аведик Хатламаджиян. В течение долгого времени он не хотел давать показания. Человек почтенного возраста еще во время установления личности устроил настоящую сцену. Кричал, что не хотел идти в суд, что допросы лишь затягивают процесс.

Его ответы на вопросы были совершенно невпопад. Казалось, что смысл вопросов полностью от него ускользают. Судье несколько раз приходилось успокаивать пенсионера. Но это было тщетно. Иногда на помощь приходила супруга допрашиваемого, Астхик. На все замечания и уговоры реакция мужчины была крайне агрессивной. Весь допрос напоминал словесную перепалку.

Как позже выяснилось, после допроса пенсионер отправился в контору АО «Колхоз им. Мясникяна», где устроил скандал с угрозами и оскорблениями.

Другая потерпевшая, Тамара Манучарян, на вопрос, каким количеством акций она владеет, ответила:



Генерального директора «Колхоза им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна обвиняют в том, что он незаконно реорганизовал СПК в акционерное общество.

Но есть небольшой ньюанс. 12 октября 2025 года региональный арбитражный суд дал оценку законности преобразования СПК «Колхоз им. Мясникяна» в Акционерное общество «Колхоз им. Мясникяна». Судебный процесс стартовал по иску нескольких акционеров, которые оспаривали законность преобразования.

Вот лишь несколько цитат из решения арбитражного суда:

«Изучив материалы дела, доводы сторон, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению...»

«Доводов о том, что произведенной реорганизацией каким-либо образом были нарушены имущественные права истцов, в исковом заявлении не приведено».

Прослеживается очевидное несоответствие. По мнению гособвинения, реорганизация предприятия нанесла ущерб работникам. А арбитражный суд посчитал, что все процедуры были проведены в соответствии с российским законодательством.

Судебные разбирательства продлятся не один месяц. Впереди - допросы свидетелей стороны защиты, оглашение результатов экспертиз, прения сторон…

Но это судебное дело явно войдет в историю российского правосудия как одно из самых неординарных.